Подумав немного, он все же отстегнул их и, свернув, сунул в карман. Шириной в добрых два дюйма, алого цвета, с ярко-синими рыбками, они были довольно удобны в домашней обстановке, но здесь выглядели вызывающе.

Хотя обычно Роджер не считал себя обязанным идти даже на малейшую уступку манерам и вкусам американцев, сегодня ему не хотелось выглядеть вызывающе. Не хотелось и выставлять на обозрение обширные свои телеса, так что, ничего не поделаешь, приходилось соблюдать приличие в одежде ровно настолько, чтобы не получить тепловой удар. Расстегнув верхние пуговицы на рубашке, он отлепил ее от тела, дунул под нее раз-другой и вновь застегнулся.

Появился Джо Дерланджер с двумя большущими стаканами джина с тоником. На нем была желтая махровая тенниска навыпуск и то, что Роджер назвал бы длинными пляжными шортами, кроем напоминавшие чехол для пишущей машинки. На ногах – нечто на резиновой подошве, называвшееся, насколько он слышал, теннисными туфлями. И больше, не считая природного покрова в виде голубовато-седой поросли на руках и икрах, на нем ничего не было. Взглянуть на него, так скажешь, что сейчас градусов на двадцать прохладней. Пусть ему всегда так везет, подумал про себя Роджер. Или лучше – мне. Если из-за жары нужно одеваться как малое дитя, я предпочитаю париться.

С заговорщицким видом, словно главарь банды, раздающий патроны перед выходом на дело, Джо протянул Роджеру стакан.

– Чем конкретно он занимается, этот Эрнст Банг? Так, кажется, его зовут? Банг? А, да какая разница. Так чем?

– В некоторых Скандинавских странах это довольно распространенное имя. Он филолог. Разумеется, германист.

– Филолог? Это что, слова да звуки?

– Они самые. Эрнст в некотором роде авторитет, дока по части северогерманских языков, особенно раннеисландского и фарерского.

– Ничего себе! Но скажи, кому понадобилась эта раннеисландская мура в таком месте?… Погоди-ка минутку.

Он повернулся на стуле и поглядел на проселочную дорогу, что сворачивала от шоссе к дому.

По ней, волоча за собой тучу пыли, двигалась зеленая с коричневым машина.

– Это, должно быть, они. – Джо встал и, обернувшись к дому, гаркнул во все горло: – Грейс! Грейс! Они приехали!

– Слышу, – раздался в ответ голос, по крайней мере, столь же зычный и всего на терцию

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107