трела, кто сидит слева. Оказалось, что это женщина средних лет с туго стянутыми на затылке в узел темными волосами и слегка недовольной миной. Мужчина с худым брюзгливым лицом сидел рядом с ней, устремив глаза в потолок. Потом глянул на женщину и снова отвернулся. Женщина бросила на него взгляд и тут же, делая вид, что поправляет накинутую на плечи красно-пеструю кашемировую шаль, слегка повернулась в сторону Изабеллы.

– Какая чудная программа, – прошептала Изабелла. – Просто подарок.

Лицо женщины стало приветливее.

– Мы так редко слушаем Гайдна, – сказала она. – Его исполняют гораздо реже, чем следует.

– Да-да, вы правы, – согласилась Изабелла и подумала: интересно, а сколько Гайдна нам следует?

– Пора бы им проснуться, – проворчал мужчина. – Когда мы в последний раз слушали «Сотворение мира»? Вы помните? Я – нет.

Раздумывая над причитающейся Гайдну квотой, Изабелла опустила взгляд на программку, но тут свет начал гаснуть, и участники струнного квартета, выйдя из двери в глубине эстрады, заняли свои места. Их встретили громом аплодисментов, и, как показалось Изабелле, ее соседи хлопали с увлечением.

– Гайдн, – прошелестела женщина, и вся преобразилась. Мужчина выразительно кивнул.

Изабелла с трудом подавила улыбку. Похоже, мир полон поклонников и болельщиков всех родов и оттенков. Что только люди не делают предметом страсти, фетишем, которому посвящают всю жизнь! Гайдн – достойный объект поклонения, но, скажем, поезда не хуже. Уистен Хью Оден, или УХО, как она его называла, обожал паровозы и признавался, что в отрочестве паровоз казался ему таким же прекрасным, как человек, которому он посвятил свое стихотворение. Ты мой паровозик! Почему бы и не сказать так? Французы говорят любимым mon petit chou – мой капустный кочанчик. Поистине выражения чувств удивительны.

Настроив инструменты, музыканты взялись за опус Гайдна и исполнили его так старательно, что рядом с Изабеллой раздались восторженные рукоплескания. Затем пришла очередь Баха, а после наступил антракт. Обычно Изабелла оставалась сидеть, но сегодня вечер был жарким, и жажда заставила ее пойти в бар и встать в очередь за напитками. К счастью, обслуживание было на высоте, стоять пришлось не долго. Осторожно неся бокал с белым вином, она пробралась к маленькому столику в углу. Несколько человек поздоровались издалека – кивком или улыбкой. А где сейчас Джейми? – подумалось ей. Ему предстояло играть сразу после антракта, и, вероятно, он был в зеленой задней гостиной, в последний раз перед выходом пробуя свой фагот. После концерта они, наверное, увидятся, с удовольствием выпьют немного вина, поговорят о том, как все прошло.

И тут она его увидела: он стоял

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107